Евангелие как основа жизни.

Егор Камынин

Книга священника Григория Петрова была написана до революции. Однако, увы, и по сей день остаётся современной. Те проблемы, которые были в российском обществе в царское время, остались и в сегодняшний день. Ничего кардинально не поменялось. И это – серьёзная беда для России. Если бы проблема заключалась в политическом строе, было бы проще исправить беду. Но если проблемы не меняются при абсолютно полярной власти – беда кроется в глубинных слоях, проистекает из неправильного воспитания народа. Остановимся на основных мыслях книги.
Можем ли мы сказать, что живём в православном государстве? Увы, нет. Не имеем на это право. Не имела на это права и царская Россия. Почему? Ведь до революции – все были крещёными, ходили в храмы, причащались. А сколько церквей и монастырей по старой России! Но этого мало! Основой жизни должно стать Евангелие. Как Мария припадала к ногам Христа, так и каждому верующему надлежит припадать к вечной книге. Для чего? Мы много говорим и часто повторяем слова: Бог, Пресвятая Троица. Но мы забываем о смысле прихода Иисуса Христа на землю – чтобы дать нам образец жизни, идеал, к которому следует стремиться. Что значит обожение? Это когда человек постепенно становится всё боле и боле похожим в своей земной жизни на Христа в Его земной жизни.
Есть такая притча, объясняющая доступным языком, что такое рай и ад. Рай – это место, где кормят друг друга. Ад – там, где каждый старается накормить в первую очередь себя. Ад – это место, где выживает сильнейший, а слабого каждый готов раздавить. Григорий Петров пишет, что в конце 19 – начале 20 века появилось очень много философов, проповедующих теорию сверхчеловека. В основе этой теории лежит дарвинизм и теория эволюции. Раз всё меняется: из инфузории-туфельки появилась рыба, потом обезьяна, потом человек… — то почему мы решили, что человек есть конечная стадия, и на нём эволюция закончена? Можно пойти ещё дальше – стать сверхчеловеком. Кто такой сверхчеловек? Тот, кто всё может, кто сильнее всех. Но если ты сильнее всех – то можешь и урвать себе кусок получше. Сверхчеловек наследует звериные черты, перешагивает через слабого, идёт по головам, по трупам…
То же и с богатством. Кто-то хочет стать сильнее всех, развить какие-то сверхспособности, а кто-то хочет стать богаче всех. Опять же, чтобы стать богаче всех, нужно у кого-то вырвать из руки кусок хлеба. Где уж тут кормить друг друга? Эдак-то точно не разбогатеешь.
Вот и получается, что общество богатых не может назвать себя православным. Можно, конечно, жить в великолепном дворце и построить богадельню на 60 человек. Это ровным счётом ничего не изменит в государстве и никак не приблизит его к православию. Потому и сказано Христом: трудно богатому войти в Царствие Небесное. В лучшем случае, богатый отдаст небольшой и ненужный ему кусок. Но этот кусок никак не уравняет в жизненных условиях богача-хозяина и простого работягу или нищего, живущего в богадельне.
Далее, в обществе, где властвует мораль: если не ты, то тебя, — христианство так же принципиально невозможно. Для того чтобы государство могло себя назвать православным, необходимо кропотливо работать над характером каждого человека. Детей с детства нужно воспитывать на христианских добродетелях: возлюби ближнего, как самого себя. Только привыкая с детства «кормить друг друга», люди могут построить православное государство на земле.
Поразительно вот что в России! Советское безбожное государство, загубившее столько человеческих душ – сколько людей умерли некрещёными! — всё же странным образом взяло христианские добродетели, лишив их, правда, главного смыла: Христа. После развала СССР возрождающаяся Россия жадно стала пить из источника веры, назвала себя православной и при этом… парадоксально произнесла: «Долой советскую уравниловку!» Пресловутая уравниловка — это и есть образ рая на земле: кормим друг друга одинаково хорошим куском. Каждый зарабатывает сколько может и как может – это вообще не православный принцип. Инвалид много не заработает. Но общество обязано выделить ему такой же кусок, как и тем, кто может «горы свернуть». Это будет по православному, это будет по-райски, это будет по справедливости.
Итак, анализируя духовный настрой нашего русского общества, мы видим, что у нас постоянно чего-то не хватает. До революции не хватало христианских поступков, христианского общинного распределения труда и доходов. Но была голословная идея: мы – православные христиане. В промежуточном времени, между революцией и распадом СССР мы имеем дело с христианским общежитием, которое, однако, не имеет христианской идеи. Идею государства подменили на противоположную, антихристианскую. То есть у нас то голова без туловища, то туловище без головы. Ни то, ни другое – отдельно жить не может. Ну а сейчас мы не имеем христианского общежития и уже почти потеряли, разменяли идею. Сейчас мы близки к тому, чтобы потерять всё: народ не будет иметь части ни на земле (из-за безбожно-несправедливого государственного строя), ни на небе (из-за слабеющей день ото для веры, ибо вера без дел мертва).
Царство Божие силою нудится. То есть, быть православным значит ежедневно кропотливо работать над своим характером. Много ли мы, христиане, уделяем сему внимания? Более того: наша жизненная позиция, опять же, антихристианской направленности (при том, что ходим в храм и причащаемся): хочу обеспечить себя, своих детей и внуков. У меня это получается. Правда, при этом пришлось спихнуть с дороги и отнять кусок еды у других. Но это ничего! Выживает сильнейший. Это теория Шопенгауэра, Ницше. Это вовсе не тот идеал, который нам оставил Христос. Помним из Деяний Апостольских, что за укрывательство своей лучшей доли двое членов христианской общины были наказаны: они пали замертво. А вся христианская община весь доход разделяла при апостолах поровну, каждого члена большой православной семьи одаривала заботой и любовью. И никто не терпел у православных нужды – ни сироты, ни вдовы, ни старики, ни болящие.
Григорий Петров замечает, что всё наше воспитание детей построено неправильно. Мы концентрируем внимание детей на выдающихся личностях, которые отличились в войне или прославились, как выдающиеся поэты, актёры… Не говорю о нынешних школьниках. Многие из них сегодня отличаются потрясающей неграмотностью. Но спросите образованных людей среднего возраста: каких выдающихся личностей они знают? Знают ли Кутузова? Знают. Знают ли Пушкина? Конечно. Слава Богу! Но спросите: знают ли наши соотечественники Нила Сорского? Даже те, кто ходят в храм, скажут по большей части: какой-то святой. А кто в храм не ходит – те и имени такого не слыхали. Для подавляющей части населения России — это имя, как и имя, к примеру, доктора Гааза и многих других бессребреников – ровным счётом ни о чём не говорит. Их великий подвиг во имя России неизвестен. А всё почему? Ответ печален: они умерли в нищете, всё по-евангельски отдав другим, — и потому о них никто не хочет помнить! Бессребреники напоминают нам, что и нам бы не мешало такими стать. Но нам не хочется. И мы предпочитаем забывать их имена. Так проще и легче: вычеркнуть их из памяти, чтобы не испытывать перед ними вечный укор в нашей совести. Знать стихи Лермонтова – это прекрасно. Но нас это ровным счётом ни к чему не обязывает! Даже есть выгода: престижно, культурно… А знать имя Нила Сорского или Фёдора Гааза – как-то совестно после этого всё по-прежнему грести под себя! Так что лучше про них не помнить вовсе! Но если мы не будем помнить имена бессребреников, мы никогда не сможем воспитать правильно ни себя, ни своих детей.
Основатель христианской церкви и христианской общины – Христос. Он стоит много выше всяких земных христианских сообществ. Но ежели мы ПРАВОславные, то мы должны прежде всего взращивать в своей душе стремление к идеалу – Христу. Именно в этом состоит православие: быть сколько можно ближе ко Христу. Сохранение внешней оболочки нашей церкви и пустота внутри её приведёт к фарисейству, заклеймённому Христом. Люди, чтущие Его языками и далеко отстоящие от Него сердцем, Ему не нужны. Богадельни и тюрьмы – постоянные спутники мира богатства и науки. Среди богатства и роскоши гибнут люди от голода. Вспомните сказку Андерсена «Девочка со спичками». Ребёнок пытался согреться – девочка озябшими ручонками одну за другой зажигала спички… Так она и замёрзла в сугробе до смерти. А рядом, в роскошных особняках, в этом же городе, дети спали в тепле на богатых перинках и не хотели есть набрыдшие пирожные. И это общество хочет заявить о себе, что оно Христианское? О нет! Христос первым делом согрел бы и накормил замерзающее дитя!
Братская любовь возможна на земле. Это не фантазия и не призрак. Именно потому, что Христос был на земле – братская любовь на земле возможна! Но её нужно искать не на стороне, а в своём сердце. Собственно говоря, служение другому – есть основа спасения. Нет, не просто «добрые дела» — выбросить из кармана кусок чёрствого сухаря какому-либо нищему. Наша жизнь в идеале – это служение кому-то. Только служа кому-то, мы можем хоть немного приблизиться к идеалу Христианской жизни.
Наука и прогресс сами по себе представляют для аморального общества величайшую опасность. Так Григорий Петров приводит пример: миролюбивый китаец придумал порох для забавы и утешения — устраивал праздничные фейерверки. Но когда это изобретение стало известно хищным европейцам, мечтающим о сверхчеловеческом покорении мира, порохом стали набивать ружья и пушки, чтобы убивать людей и захватить себе их богатство и землю. Праздник заменили на кровь и войну, радость на смерть. Вот что такое наука без идеала! Религия Христа необходима миру, как закваска для теста. И покуда не вскисло всё тесто, есть смысл говорить людям вновь и вновь о Христе. Беда только в том, что плохо воспитанное сознание обывателя относится к христианству как к чудачеству, недостойному сильных и умных сверхчеловеков. Зачем осложнять жизнь тем, чтобы глядеть под ноги: не раздавил ли кого? Шагай, человек, смело! Будьте твёрды и не поддавайтесь жалости – поучает сверхчеловеков Ницше! «Или мы придём ко Христу, или нам не удастся избежать нравственного озверения», — говорит Григорий Петров. Никакого третьего пути в мире нет.
Ежедневно мы оглядываем себя в зеркале: как я выгляжу? Но часто ли мы оглядываем свою душу и сравниваем её со Христом? Ведь Христос – наше «зеркало». Вглядываясь в Его Евангельский образ, мы видим свои изъяны. В среде молодёжи многие ли читают Евангелие? Их не научили этому с детства. А если мы и читаем Евангелие, то лишь потому, что так положено. А для чего положено? Чтобы мы сверяли свою душу, свой характер со Христом. Чтобы мы спрашивали себя: похож ли я на Него хоть немного? Мы забываем, что Бог есть Дух. А потому для христианина интересы духовные и духовные ценности в любой ситуации должны оставаться превыше всего. Богу не нужны ни величественные храмы, ни золочёные алтари, ни посты, а нужны лишь чище золота сверкающие человеческие сердца. Ничего, кроме своего сердца, мы не можем подарить Богу. А сердце наше очищается только в служении другим.
Во все времена христиане в первую очередь были озабочены состоянием своей души. Свою душу они берегли, как величайшую драгоценность, как редкостную жемчужину. Злость, ложь, клевета, алчность, жестокость, блуд и прочие грехи – это грязь, которая марает мою жемчужину! Как могу допустить? Буду голодать, холодать, терпеть муки, но жемчуг свой в грязь – не отдам! Я люблю себя! Я дорог себе! Потому не могу себя опустить до греха или низменных инстинктов. Потому христианин в любой ситуации старался уподобиться Христу – ведь это единственный способ спасти свою душу, сохранить во всей первозданной красоте. А за чистую прекрасную душу будет и подарок от Бога – вечная жизнь рядом с ним и нетленное, безболезненное тело.
«Есть Царство Небесное, а есть Царство Божие», — говорит Григорий Петров. И это Царство Божие должно быть именно на земле, а не на Небе. Мир пока всё ещё, включая и православные страны, живёт не в Божьем Царстве. Царство Божие может наступить во всём мире, а может наступить в одном государстве или одном городе, в одной семье или даже в одном человеке. Царство Божие даётся нравственным трудом. И этот труд нормален. Этот труд обязателен. Стремление Древней Руси свести Небесный Иерусалим на землю – не утопия, не пустое мечтание. Это жизненно необходимая правда. Однако ж, увы, — люди так и не смогли дать закваске заквасить всё тесто. Они начинали жить по-своему, корыстно, не ориентируясь на Христа. И всякий раз теряли Царство Небесное. Царь Пётр 1 признался в этом честно: со стрельцами смог расправиться, Софью одолел, Карла побил… А себя так и не смог переделать! Изменить себя в лучшую сторону – самая трудная задача. Но без её совершения не будет Царство Христа на земле. На земле не только возможна, но и обязательна иная жизнь, нежели та, которой живёт сейчас несчастное человечество.
«Жизнь бывает такой, какой создают её люди», — это ключевая фраза книги. Да, именно мы, люди – творцы нашей жизни. Но мы творим её без идеала Христа. Нам удобнее или вовсе не вспоминать о Христе, или просто чтить Его одними губами. А жизнь мы творим по своим жестоким законам. А если нас попрекнут, мы цинично всё свалим на Бога: это Бог так дал, чтобы я был богатым, а он, мой сосед – нищим! Бог сотворил людей не для того, чтобы люди терпели муки на земле, страдали, плакали и успокаивались только после смерти. Нет, Бог сотворил людей для счастья. А если мы несчастны, то надо винить не Бога, а себя: все беды от того, что мы не приняли идеалы, данные людям Христом. А Бог ради этого и пришёл на землю! Не для того, чтобы научить нас строить золочёные храмы, а для того, чтобы научить нас изменить своё сердце!
Для наступления Царствия Божия нужны делатели, работники, которые должны увлечь человечество за собою: увлечь людей идеей изменить своё сердце… Их и искал Христос. Наше время скудно до невероятности на таких делателей. Их, можно сказать, у нас нет. Ведь для того, чтобы пахать Ниву Христову, мало проповедовать, нужно исповедовать свою веру всей своей жизнью бессребреника, служителя другим людям. Нужно кормить не себя, а другого. Наша нива оскудела такими людьми. Как жаль! Но ведь не всё потеряно!
Обычно мы воображаем себе, что мы чем-то отличаемся от других. На самом деле Господь каждого одарил талантами. Грубый носильщик от учёного или выдающегося дирижёра отличается обычно только одним — своим детством: условиями жизни, родительским вниманием, хорошим образованием. Если дать людям равные условия, оказать им равное внимание, они будут приблизительно одинаковы. Так что гордиться каждому человеку особенно нечем. Каждому из нас можно лишь испытывать угрызения совести, что кто-то не получил то, что получили мы. И попытаться исправить: пусть хоть дети этого несчастного получат нормальные условия жизни, воспитание и образование. К сожалению, всё более усугубляющееся расслоение общества не способствует приходу Царствия Божьего. Мало того, что люди не имеют возможности реализовать свои таланты, но они вообще перестают размышлять о возвышенном, постоянно думая о куске хлеба насущного. Социальная несправедливость низводит людей на уровень животного – нужно рыскать в поисках добычи вместо того, чтобы смотреть на Небо. Небо не видно голодному и нищему рабу. Обычно он не поднимает высоко голову. Или поднимает её уже в предсмертном вздохе. Социальное неравенство способно воспитать только преступников, но никак не тружеников на Ниве Господней. Но здесь человечество подстерегает коварная ошибка! Обычно устранение социального неравенства понимается как превращение всего народа в армию труда, которая обеспечит человеческие желудки. Государство – машина, которая полностью подчиняет себе пресловутые «винтики и гаечки». Эта идея не нова. Начиная от «Города Солнца» Томазо Капанеллы и заканчивая развалившимся СССР. Распределить равно куски хлеба между согражданами – это ещё не значит привести людей к Царствию Небесному. Ибо главное – идеал, пример, образ. Главное – Христос. Научить каждого члена общества желать всем сердцем хоть немного быть похожим на Бога – вот величайшая нравственная задача, которая одна лишь способна спасти человечество. Именно этой мудрости и учит нас фраза: ищите прежде всего Царствия Божьего, а остальное приложится! Это не призыв к безделью. Но никаким другим образом не наступит на земле справедливость, только как через заповеди Христа! Только совершенные морально, духовно люди смогут построить совершенное государство.
Мы признаём преступной пьяную пляску у постели больного? Да! Но признаём ли мы преступным поесть икры и запить её тонким вином в то время, как в соседнем доме дети вдовицы не видят вдоволь хлеба? Нет! Мы не считаем свои застолья и увеселения преступными. Потому что наша нравственность нам позволяет быть по-звериному равнодушными к чужой беде. Мы на корню уничтожаем религию, когда говорим: так устроил Бог! А раз Он всё создал таким несправедливым, то ничего и менять не нужно. Отсекается всякое самосовершенствование. А ведь христианство – это безостановочное вечное движение вверх, к лучшему! Совершенен только Бог. А всё остальное в мире должно становиться всё лучше. Нет устремления к конечному идеалу – нет и веры в Бога, сколько бы мы ни крестились, сколько б ни молились. Или меняйся сам и меняй всё окружающее к лучшему, или ты – неверующий человек!
И всё же Господь пришёл к нам, потому что Он верил и верит в обновление человека! Всё создано Богом на пользу и на радость нам. Христианство не отвергает нас от радостей мира. Сам Господь сотворил мир прекрасным для человека! Да, Господь велит возлюбить прежде Бога. Но Он нигде не требует, чтобы мы возненавидели Божье творение, чтобы жизнь наша превратилась лишь в истязание плоти в горестных слезах. Однако же наши радости жизни не должны строиться за чужой счёт, принося другим людям боль, нищету, болезни и голод. Ничто, кроме Духа, не должно довлеть над нами.
Вообще нет ничего более светлого и радостного на свете, кроме Божьего Откровения. Господи, да приидет Царствие Твое! Да приидет оно на нашей многострадальной земле.

Post scriptum. Священник Григорий Петров – выдающийся проповедник Царской России. К сожалению, возникло непонимание между ним и Синодом, а сам Григорий Петров слишком увлёкся депутатской деятельностью в Думе. Потому был лишён в 1907 году священнического сана, но восстановлен в служении в 1918 году. После революции, в гражданскую войну был вынужден иммигрировать вначале в Сербию, а потом во Францию, где скончался в Париже в 1925 году.
У нас почему-то сложился миф о том, что священник Григорий Петров был замучен в тюрьме и именно он и является автором акафиста «Слава Богу за всё». Якобы акафист был написан мучеником в тюрьме.
Приукрашивать действительность ни к чему. Автор акафиста «Слава Богу за всё» — митрополит Трифон. А священник Григорий Петров нам оставил своё наследие, которое тоже прекрасно, поучительно и необходимо. Книга «Евангелие как основа жизни» спасала многих людей и учила обрести Царствие Божие хотя для себя и своих близких. И нам бы прислушаться к совету священника: нет ничего важнее нравственного воспитания подрастающего поколения. А воспитать детей удастся исключительно на Евангельском образе Христа. И никак иначе.

65 просмотров

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.