Угольная пыль

       Густой белый снег игриво подкрасил брови на памятнике легендарному Суворову, укутал искрящимся покрывалом главный лозунг страны — «Слава КПСС». Легкий ветерок занес во двор знакомый с детства аромат сосен и мандаринов, которыми всегда торговали в канун Нового года на одной из самых старых улиц города.

   Федор надел потертую дерматиновую куртку, сапоги и шапку и, прихватив ведро для угля, по скрипучей деревянной лестнице спустился вниз. Его квартира была на втором этаже, а на первом размещался просторный промтоварный магазин.

     В новых домах давно уже было водяное отопление, но в старых, как двести лет назад, по-прежнему топили печи. Уголь и дрова хранились в подвале под домом, и мужчина, осторожно ступая по заснеженным ступеням, пошел туда.

      Привезенный антрацит горел хорошо и давал много тепла, но только куски его были большими, и, прежде чем засыпать в плиту, их нужно было расколоть. Федор решил потрудиться, чтобы на Новый год сделать запас.

    На деревянной колоде он долго разбивал обухом топора черные глыбы, пока не устал, и, наконец, решил выйти покурить. Окинув взором горку раздробленного угля, направился к выходу и стал медленно подниматься по высоким каменным ступеням из подвала. На полпути остановился, достал губами из пачки сигарету и закурил, любуясь метелью, которая тут же взялась украшать снегом его густую, присыпанную пылью бороду.

    Пока Федор боролся с углем, во двор заехала грузовая машина с товаром для магазина, и работницы стали дружно ее разгружать. Они весело таскали коробки, радуясь приближающемуся празднику.

     Труженику стало интересно, что же они там носят, и он решил посмотреть поближе. Опираясь испачканной углем рукой на топор, выбрался из подвала. Слегка покачивая им, сделал несколько шагов, как вдруг раздался истошный крик, и женщины с ужасом побежали в распахнутую железную дверь магазина, которая тут же с грохотом захлопнулась.

     Удивленный Федор остановился, немного постоял, докурил сигарету и вернулся в подвал. Набрал в ведро угля и по безлюдному двору спокойно зашагал домой.

     Войдя в квартиру, он стал рассказывать своей Татьяне о происшедшем, недоумевая, почему продавщицы неожиданно все бросили и разбежались. Жена, едва сдерживая смех, подвела мужа к большому зеркалу и сказала: «А как бы ты поступил, увидев такого?»

     В отражении Федор увидел крепкого бородатого мужика с черным, густо присыпанным угольной пылью лицом, в грязной поношенной куртке и меховой шапке неопределенного цвета с торчащими в разные стороны ушами. Немного помолчав, он задумчиво ответил: «Да уж. Если к этому одеянию еще топор добавить, так и сам бы убежал». И они весело засмеялись.

    После этого случая из подвала с топором он больше не выходил.

Василий Мазур

Протоиерей. Настоятель больничного храма. Прозаик, поэт, композитор, исполнитель.